Йолия

Как бы мне хотелось, чтобы он увидел меня — ведь я стояла прямо перед ним. Но он не мог.

Обычно я всегда встречала его у двери. Даже если спала: сон у меня был очень чуткий, я всё равно слышала стук и спускалась.

Я всегда готовила ему ужин и следила, чтобы он не остыл к его возвращению.

Не увидев меня, он напрягся.

— Да где её черти носят? — спросил Альфа Райан.

— Не знаю. Может, она наверху.

Я поднялась наверх вместе с ними.

Рейна пошла за ним в нашу спальню. Пожалуй, впервые она забралась так глубоко в мой дом. Обычно я не пускала её даже на порог: я видела её насквозь и знала, что она за змея.

Сначала мы были подругами. Она говорила, как восхищается нашими отношениями с Альфой и как хочет их уберечь.

— Не волнуйся, дорогая, если кто-то вздумает увести твоего мужчину, я тебе сразу скажу, — твердила она.

Тогда я была так рада: мне казалось, у меня есть человек, который присмотрит за ним.

А потом она начала присылать мне фотографии, где он был с другими женщинами. Из-за этого дома то и дело вспыхивали ссоры, и мы стали отдаляться друг от друга.

По-настоящему я поняла, какая она злая, в тот день, когда пришла к ней в офис с сюрпризом на день рождения. Она была с ним — утешала его, пока он жаловался на меня и мои вечные придирки.

Она советовала ему найти кого-то получше и порвать со мной. Услышав это, я была потрясена до глубины души.

Я высказала ей всё и дала понять, что наконец раскусила её игру. Она показывала мне эти снимки, чтобы я ссорилась с ним, а сама играла роль утешительницы и привязывала его к себе.

С тех пор она боялась смотреть мне в глаза. Фотографии присылать перестала. Я просто не знала, что она по-прежнему соблазняет мою пару и выставляет меня перед ним в дурном свете.

Когда они вошли в комнату, меня там не оказалось. Это их насторожило.

— Её и здесь нет, — сказал Райан.

Он снова и снова звал меня по имени, но ответа не было. Я чувствовала, как растёт его тревога.

Он был сбит с толку, но рядом была Рейна, готовая перекрутить его мысли.

— Она когда-нибудь раньше задерживалась так поздно? — спросила она.

— Нет, никогда.

— Может, она с кем-то встречается. Больше ничто не заставило бы её так задержаться.

Райан пришёл в ярость.

— Если это так, я её убью! На этом всё будет кончено! — заорал он.

— Если хочешь знать моё мнение, у вас давно всё кончено, — сказала она, обнимая его со спины. — Я тебе уже сколько твержу, а ты не слушаешь.

Я понимала, к чему она клонит. Она хотела соблазнить его прямо здесь и сейчас. Наверное, это был первый раз, когда она осталась с ним наедине в спальне, и она собиралась воспользоваться этим по полной.

Настроение переменилось, когда она случайно смахнула со столика портрет в стеклянной рамке — наш с Альфой Райаном.

Альфа Райан никогда не любил фотографироваться. Это был единственный снимок, который мне посчастливилось с ним сделать, — и она его разбила.

— Боже мой! — воскликнула она и наклонилась собрать осколки. — Прости, я уверена, вы оба очень дорожили этим портретом, — сказала она спокойным, безмятежным голосом. Голосом, на который невозможно было рассердиться.

— Ничего, только не порежься, — ответил он.

Я смотрела, как она берёт единственную фотографию, где я с любовью всей моей жизни, и бросает её в мусорную корзину.

На моём туалетном столике она заметила колье. Бриллиантовое колье, которое мой Альфа подарил мне в день, когда сделал предложение. Она взяла его.

— Какая красота! — сказала она. — Можно примерить?

Райан посмотрел неодобрительно: он знал, что значит это колье. Оно было не просто дорогим — оно было символом нашей любви.

Но она не отступала. Просила, и просила, и просила, пока он не сдался.

— Ладно, примерь.

Она подпрыгнула от радости и бросилась к колье. Если бы я так же к нему пристала, он бы меня отчитал. А тут он был само спокойствие с этой змеёй в волчьем обличье.

Я смотрела, как она надевает моё главное сокровище, самое дорогое, что у меня было. Мне казалось, что он только что отдал мою любовь другой. Мне было больно, а то, что я уже ничего не могла с этим поделать, делало боль ещё невыносимее.

Она помогла ему раздеться и уложила в постель. Похоже, её планы соблазнить его провалились: едва оказавшись на кровати, он закрыл глаза и, как мне показалось, уснул. Наверное, был слишком пьян.

Я видела разочарование в её глазах — она рассчитывала на большее.

Она легла рядом, прижалась к нему, а потом сделала несколько совместных снимков и отправила мне.

Я не понимала зачем, пока не увидела подпись: «Я о нём забочусь», а следом смайлик с поцелуем. Видимо, хотела показать, что побеждает.

На ней было моё колье, она лежала в моей постели, рядом с моей парой. Что ещё ей нужно было доказывать?

Но всё резко изменилось, когда она повернулась к Райану и увидела, что его глаза широко открыты. Он не спал. Он видел всё, что она сделала. И ей стало страшно.